Пфанкухен с яблоками и орехами (Братья Гримм «Гензель и Гретель»)

Пфанкухен с яблоками и орехами

«Вдруг открывается дверь, и выходит оттуда старая-престарая старуха, опираясь о костыль. Испугались Гензель и Гретель, и все лакомства из рук выронили. Покачала старуха головой и говорит:
— Эй, милые детки, как вы сюда попали? Ну, заходите ко мне, я вам зла не сделаю.
Взяла она обоих за руки и повела в свою избушку. Принесла она угощение — молоко с оладьями, посыпанными сахаром, яблоки и орехи».

Братья Гримм «Гензель и Гретель»

В «Гензель и Гретель», если разобраться, совсем не рождественский сюжет: нет там зимних пейзажей, ночных приключений, выдающихся чудес или что еще может быть праздничного и тематического в историях для детей. Но сказка все равно идет в параллели с Рождеством. Во многом из-за пряничного домика, в котором жила старая колдунья и который со временем был возведен до отдельной категории рождественской выпечки.

Впрочем, речь сейчас пойдет не о пряничном домике: пару лет назад я потратила на его приготовление 9 – девять! – часов, а он взял и вышел неказистым, поэтому навсегда останется в папке с неопубликованным.

Читать далее

Реклама

Пряничные человечки (Эрнст Теодор Амадей Гофман «Щелкунчик и Мышиный король»)

Пряничные человечки Щелкунчик Рецепт

«Советник разобрал игрушку, с удовольствием все показал и собрал снова, после чего он опять повеселел и подарил детям еще несколько человечков с золотыми головками, ручками и ножками из вкусного, душистого пряничного теста. Фриц и Мари очень были им рады».

Эрнст Теодор Амадей Гофман «Щелкунчик и Мышиный король»

Поздний предрождественский вечер. Дом немецкого советника медицины Штальбаума, у которого двое детей – Фриц и семилетняя Мари. Дети получили подарки и теперь расставляют их по полкам. Не знаю, подразумевал ли Гофман, что за окном в тот вечер тихо шел снег, но воображение дорисовывает именно такую, открыточную картину. А еще представляется глухой бой часов и благость, какая бывает под Рождество.

Читать далее

Сливовый джем (Братья Гримм «Храбрый портняжка»)

Сливовый джем (Братья Гримм «Храбрый портняжка»)

«В одном немецком городе жил портной, звали его Ганс. Целый день сидел он на столе у окошка, поджав ноги, и шил. Куртки шил, штаны, жилетки шил.
Вот как-то сидит портной Ганс на столе, шьет и слышит — кричат на улице: «Варенье! Сливовое варенье! Кому варенья?»
«Варенье! — подумал портной. — Да еще сливовое. Это хорошо».
Подумал он так и закричал в окошко:
— Тетка, тетка, иди сюда! Дай-ка мне варенья!
Купил он этого варенья полбаночки, отрезал себе кусок хлеба, намазал его вареньем и стал жилетку дошивать».

Братья Гримм «Храбрый портняжка»

Что-то готовить по сказкам братьев Гримм – это добровольно обрекать себя на многочасовое исследование. Фольклорные сказки, как и блюда из народа, имеют сотни кавер-версий, спин-оффов, авторских трактовок. Самое время надеть очки, забыть про время и залечь на дно в библиотеке.

Вот сказка про храброго портняжку. Там на сливовое варенье слетелось семь мух, всех их портняжка убил одним разом, что счел за требующий продолжения подвиг – и за семью мухами последовали великаны, единороги и разбойники. Впервые эта сказка в обработке братьев Гримм вышла под Рождество 1812 года, когда была издана первая редакция их сборника. Только в ней не было ни слова про сливовое варенье.

Читать далее

Карп по-польски в пивном соусе (Ромен Роллан «Жан-Кристоф»)

Rolland_Karpfen

«Затем старик улегся в полном изнеможении, но он был взбудоражен, как ребенок в ожидании рождественских подарков, и всю ночь проворочался в постели, не смыкая глаз. Уже за полночь он вдруг поднялся и направился будить Саломею, чтобы заказать к обеду тушеного карпа, — это блюдо особенно ей удавалось, – но воздержался и хорошо сделал»

Ромен Роллан «Жан-Кристоф»

Очень люблю сказку «Ежик в тумане» (впрочем, это общее место – в любви к ней все сходятся). И вот там есть такой момент: ежик, окутанный густой дымкой леса и затерявшийся в ночи, побежал на голос Медвежонка: случайно упал в реку, сильно испугался, стал бить лапами во все стороны, а потом понял, что это бесполезно, и отдал себя течению: «Пускай река сама несет меня!».

Мне хотелось так же – быть унесенной. Чтобы внезапно подхватило течением и понесло по незнакомым местам. Не буквально, конечно. Окунать и уносить отлично получается у книг. Особенно у тех, что впечатляют не остротой сюжета, а глубиной мысли, и где переживания героев в разы интереснее, чем происходящие с ними события.

Читать далее

Айнтопф «Пихельштайн» (Тимур Вермеш «Он снова здесь»)

Vermes_eintopf

«Я хотел уже отойти, как вдруг рядом возник Завацки:
– Помочь вам?
– Нет-нет, все в порядке…
– Ах! – Он хлопнул себя ладонью по лбу. – Ну конечно! Вы же ищите айнтопф, правда?
– Нет, я вполне могу… могу взять один из этих бутербродов…
– Но айнтопфу вы были бы больше рады, так ведь? Фюрер любит простую кухню!
– Действительно, этого мне бы сейчас больше всего хотелось, – признался я»

Тимур Вермеш «Он снова здесь»

Помните из недавнего КВНа: «Мы как слепой лось, бегущий через горящий лес, – нас ведет судьба». Вот и меня ведет судьба, потому что никак иначе я не могу объяснить сегодняшний выбор – будет история про Гитлера. Все дело в обложке книги.

К оформителям книг у меня много вопросов. И не у меня одной: ребята из W-O-S на эту тему сделали тест и тоже озадачились: есть ли у дизайнеров логика и знакомы ли они с произведениями? Это как знаменитая история с толкиеновским «Хоббитом» 1965 года. Иллюстратор Барбара Ремингтон не читала текст, и на обложке появились лев, два страуса эму и деревья с розовыми фруктами.

Читать далее