Классическая бриошь (Эрих Мария Ремарк «Триумфальная арка»)

remarque_brioche«Он вошел в бистро на углу улицы Буасьер. У стойки стояло несколько рабочих и шоферов. Они пили горячий черный кофе, макая в него бриоши. Равик с минуту наблюдал за ними. То была надежная, простая жизнь – с яростной борьбой за существование, напряженным трудом, усталостью по вечерам, едой, женщиной и тяжелым сном без сновидений».

Эрих Мария Ремарк «Триумфальная арка»

Понаблюдав, как рабочие макают бриоши в черный кофе, главный герой романа Равик заказал рюмку вишневки. Такая уж участь у бриошей в этой книге: быть игнорированными. Каждое из трех их появлений герои сводят к алкоголю, кофе и сигаретам. В итоге к бриошам Равик так ни разу не притронулся, как и его подруга, актриса Жоан Маду.

Но не надо думать, что Ремарк как-то пренебрежительно относился к французской выпечке и бриошам в частности. Напротив, он считал, что они слишком хороши для его героев, тревожных и усталых. Пышная французская сдоба – метафора «надежной, простой жизни», доступной шоферам и бухгалтерам, садовникам и строителям – людям, знающим спокойные вечера и довольство без страха. Читать далее

Брауни (Эрих Мария Ремарк «Тени в раю»)

remarque_brownie – Дать тебе кусочек шоколадного торта к кофе? – спросил я. – Дать, и побольше. Сию же минуту. Зима пробуждает аппетит. Пока на улицах лежит снег, шоколадное пирожное для меня – лучшее лекарство.

Эрих Мария Ремарк «Тени в раю»

Я уже писала, как мне хорошо зимой. Напишу еще раз: зимой мне чрезвычайно комфортно, убеждаюсь в этом каждый год. Я бесконечно влюблена в декабрь и январь. Даже когда ледяной ветер обдирает щеки, словно наждаком, а снег заметает дороги так, что трудно идти, внутри меня все равно что-то торжествует. Не знаю, в чем тут дело, но метели и стужи – абсолютно мое. Читать далее