Яснополянская сырая пасха (Лев Толстой, Софья Толстая)

Пасха Лев Толстой Софья Толстая рецепт Ясная поляна

Писать про Пасху и упоминать при этом имя Льва Толстого – сомнительная идея и запрещенное Писанием удовольствие. Толстой не признавал светоносного праздника и любил спрашивать: «Как можно допустить, чтобы Христос воскрес только для того, чтобы сказать несколько глупостей, половить рыбу и затем исчезнуть?!» Чувства верующих тогда уже были, но какое дело до этих чувств было Толстому, когда он строил свою религиозную систему без мистической периферии.

Жена Толстого, Софья Андреевна, разделяла другие духовные принципы: на христианские ритуалы она смотрела уважительно и благоговение перед традиционным божественным передавала своим маленьким детям. Татьяна, дочь Толстого, став взрослой, писала: «Папа никогда не участвовал ни в приготовлениях, ни в поездке в церковь, ни в ночном разговенье. Мы к этому привыкли, не удивлялись и не спрашивали ни у него, ни у себя причины этого. У мама была такая крепкая уверенность в том, что все это необходимо, что мы, дети, подчинялись». Читать далее

Дрожжевые блины с икрой и семгой (Антон Чехов «Глупый француз»)

рецепт, Чехов, блины, масленица, глупый француз, дрожжи, семга, икра
«Половой поставил перед соседом гору блинов и две тарелки с балыком и сёмгой. Благообразный господин выпил рюмку водки, закусил семгой и принялся за блины. К великому удивлению Пуркуа, ел он их спеша, едва разжёвывая, как голодный…»

Антон Чехов «Глупый француз»

Масленица – пожалуй, самый драматичный в парадоксальности русский праздник. Тут и аграрная обрядность, и символика титульной религии. И психологическая отметка смены сезонов, и крепость зимнего оцепенения. Легальная возможность на неделю уйти в загул и тревожное ожидание великого говления, после которого – торжество Воскресения, но до него еще надо дожить.

В каком-то смысле масленичная неделя – метафора русской жизни. Гулять, но помнить о раскаянии. Позволять себе лишнее, но с мыслью о грядущих запретах. И придавать этому сакральный характер, наделять высшим значением, уводящим одновременно в древний мир и к церковному алтарю. Есть в этом что-то эпическое, в этой архаичной традиции, которую сложно осознать людям со стороны, поэтому впечатления иностранцев – самый удачный ракурс на масленичные традиции. Читать далее

Сахарные крендельки Sukkerkringler и печенье с перцем Pebernødder для Герды (Ханс Кристиан Андерсен «Снежная королева»)

Снежная королева, Андерсен, крендельки, печенье, Sukkerkringler, Pebernødder

Каждый год мы ищем способы настроиться на праздник, чтобы успеть различить сказку вокруг и прочувствовать внутри себя. Безошибочный способ сразу и с головой окунуться в настроение – достать давно знакомые книги, в сюжетах которых есть мороз, метели, тайны, приключения, бесконечная любовь и доброта в финале. Сказка о Снежной королеве как раз такая.

Читать далее

Сладкие пирожки минс-пайс / Mince pies (Джон Р.Р. Толкиен «Письма Рождественского Деда»)

Mince pies минс пайс Толкиен Письма Рождественского деда«Паксу и Валкотукка по-прежнему живут у нас. Они сильно подросли, но все так же любят пошалить и что-нибудь испортить, пытаясь помочь. В этом году они украли мои краски и размалевали белые стены погреба; еще съели все мясо для рождественских пирогов…»

Джон Р.Р. Толкиен «Письма Рождественского Деда»

Хотите доброго рождественского настроения? Сейчас будет, устраивайтесь поудобнее. Хочу рассказать историю о том, каким замечательным отцом был Толкиен. Как он в течение двух десятилетий дарил своим детям ощущение исключительности рождественского праздника. И как поддерживал их восприимчивость к чудесам. Пожалуй, этот рассказ станет моим самым любимым из всех, которыми я здесь делилась. Сердце умирает от нежности каждый раз, когда вспоминаю об этой истории.

Читать далее

Горячий шоколад (Крис Ван Оллсбург «Полярный экспресс»)

polarexpress

«В вагоне было полно детей, и на всех были пижамы и ночные сорочки. Мы пели рождественские песни, ели конфеты с начинкой из белой, как снег, нуги и пили горячее какао, густое и тягучее, как расплавленная плитка шоколада.

А за окном мелькали огни городов и деревень и таяли вдали. «Полярный экспресс» мчался на север».

Крис Ван Оллсбург «Полярный экспресс»

Пожалуй, самая атмосферная книга на тему Рождества – «Полярный экспресс». Это история о волшебстве, силе воображения и ожидании праздника, на которое способны только дети. Там все – тепло, радостно и просто: глубокая ночь, снежные вихри, мчащийся сквозь леса и горы поезд, а еще десятки счастливых детей в пижамах, которые смотрят на мелькающие пейзажи сквозь заиндевевшие окна, веселятся и пьют густое какао, больше похожее на шоколад.

Читать далее