Янтарный яблочный пирог Татьяны Толстой

Янтарный яблочный пирог Татьяна Толстая«Ничего лучше настоящей антоновки нет. Это вообще Бунин, это Россия, которую мы потеряли, это 1913 год во всей его славе, Распутин, серебряный век».

Татьяна Толстая

Обычно у меня много времени уходит на поиски рецепта. Чтобы в нем все сошлось: литературные подробности, эпоха, вкус и настроение. Чтобы его легко было повторить на любой кухне и при минимальных усилиях. Иногда такие рецепты попадаются в иностранных блогах, иногда – в старых поваренных книгах. И в том, и в другом случае приходится адаптировать и переводить: с языка на язык или с одной системы в другую.

Но иногда все складывается просто. Когда я недавно думала, что бы еще приготовить с яблоками, которых у меня в этом году большое ведро и ящик с горкой, то вспомнила об одном из постов Татьяны Толстой в Фейсбуке.

Читать далее

Реклама

Пфанкухен с яблоками и орехами (Братья Гримм «Гензель и Гретель»)

Пфанкухен с яблоками и орехами

«Вдруг открывается дверь, и выходит оттуда старая-престарая старуха, опираясь о костыль. Испугались Гензель и Гретель, и все лакомства из рук выронили. Покачала старуха головой и говорит:
— Эй, милые детки, как вы сюда попали? Ну, заходите ко мне, я вам зла не сделаю.
Взяла она обоих за руки и повела в свою избушку. Принесла она угощение — молоко с оладьями, посыпанными сахаром, яблоки и орехи».

Братья Гримм «Гензель и Гретель»

В «Гензель и Гретель», если разобраться, совсем не рождественский сюжет: нет там зимних пейзажей, ночных приключений, выдающихся чудес или что еще может быть праздничного и тематического в историях для детей. Но сказка все равно идет в параллели с Рождеством. Во многом из-за пряничного домика, в котором жила старая колдунья и который со временем был возведен до отдельной категории рождественской выпечки.

Впрочем, речь сейчас пойдет не о пряничном домике: пару лет назад я потратила на его приготовление 9 – девять! – часов, а он взял и вышел неказистым, поэтому навсегда останется в папке с неопубликованным.

Читать далее

Шведский яблочный пирог с ванильным соусом (Астрид Линдгрен «Карлсон, который живет на крыше, опять прилетел»)

Шведский яблочный пирог с ванильным соусом

«Лучшее, что есть в домомучительнице, — это яблочная запеканка, а лучшее в яблочной запеканке — это ванильный соус, а лучшее в ванильном соусе — это то, что я его ем», — думал Малыш».

Астрид Линдгрен «Карлсон, который живет на крыше, опять прилетел»

Осень – такое время, когда есть возможность развернуть свои кухонные таланты и достичь уровня гуру по приготовлению десятков блюд из сезонных продуктов. Вот возьмем яблоки. В одном килограмме – целый мир с миллионом возможностей. Даже формат пирога предполагает разнообразие: яблоки можно класть на дно, как в тарт татене, прятать внутрь, как в знаменитом цветаевском пироге, или выкладывают ими верх. Так иногда делают шведы, уважающие простые приемы и экономию времени. Поэтому авторство самого быстрого пирога из всех яблочных принадлежит именно им. Во всяком случае, некоторые шведы в это верят.

Читать далее

Яблочная пастила (Николай Носов «Приключения Незнайки и его друзей»)

Яблочная пастила рецепт Незнайка

«Малышка с бантиком и малышка с косичками уже разливали чай. Малышка с кудряшками доставала из буфета яблочную пастилу».

Николай Носов «Приключения Незнайки и его друзей»

С точки зрения культуры яблоки – очень амбивалентный продукт, согласитесь. Взять, например, библейский сюжет, древнегреческую мифологию или знаменитую историю про Белоснежку. Там яблоки – символ греховности, проявление коварства и причина раздора, превратившегося из междоусобицы олимпийских богинь в масштабное и вполне земное кровопролитие. Но бывает и наоборот.

В первой книге из трилогии о Незнайке яблоки на стороне добра. Они уже не ссорят, а мирят. Не губят, а дарят удовольствие.

Читать далее

Яблочный пирог Вульфов (Александр Пушкин)

Без имени

Начало июня – самое время вспомнить о Пушкине, «солнце русской поэзии» и главном герое школьных уроков литературы. Учиться жизненно важным вещам можно не только на его произведениях. Биография поэта в некоторых моментах сама как наглядное пособие по подаркам судьбы. Вот ведь как бывает – то, что мы называем потрясениями и катастрофами, на деле оказывается шансом на перемены и возможностью пересмотреть жизнь.

В 1824 году московская полиция сослала 25-летнего Пушкина за увлечение «атеистическими учениями» в имение его матери, Михайловское. Конечно, Михайловское – не Сибирь и не Соловки, а лишь Псковская губерния, но на целых два года Пушкин был отрезан от петербургского общества и обречен на деревенскую глушь. Никаких светских балов и красивых девушек, к которым он так привык. К тому же, все родные Пушкина покинули имение, оставив его одного.

Читать далее